22 Марта, 2014. Поселок Любимовка, украинская военная база А4515 Бельбек, Крым.

[color-box]

Со мной все хорошо. Факты и впечатления:
Сегодня, с фотографом Олегом Климовым, мы снимали штурм Бельбека. Сначала все было мирно, около 2-х часов мы фотографировали украинских солдат. Бедных, с палками, с ветками от деревьев, всего с 10-12 автоматами и с “ограниченным количеством боеприпасов”.

[/color-box]

На картинке: солдаты с палками охраняют зенитку у штаба (конфисковано, использована сохранившаяся фотография Liberty.SU)

ukr

[color-box]

В начале нас не хотели пускать на территорию части. Но так как это была наша примерно шестая поездка в Бельбек, мы там примелькались и у нас было две “штатных” раскладушки в штабе, то прошли КПП после недолгих переговоров.

[/color-box]

На картинке: куча журналистов, военные и гражданский персонал разговаривают, смеются. Обстановка расслабленная (Конфисковано)

nopics

[color-box]

Честно говоря, мы не думали, что будет штурм. Поснимали брошенных Киевской властью военных, поговорили и пошли пить чай в столовую (кстати, в столовой работают (-ли) очень приятные барышни, которые даже накормили Климова бутербродами), покурили.

[/color-box]

На картинке: военнослужащие Бельбека с кошками и собаками (конфисковано, использована сохранившаяся фотография Liberty.SU)

dogs

[color-box]

Потом я предложил идти к воротам. Мы подошли к главным воротам военной базы, и спустя несколько минут началось самое интересное: с горы стали спускаться БТРы в количестве 3-х штук (как я успел заметить).

[/color-box]

На картинке: БТР и спецназ проезжают мимо территории части (конфисковано)

nopics

[color-box]

Я уже стоял у металлического забора (прибежал от КПП) и снимал проезжающие мимо БТРы. Справа от меня начинался бетонный забор. Я не заметил, что буквально рядом со мной “припарковался” БТР. Но увидел, что в углу части (угол забора) БТР очень эффектно (с разлетающимся бетоном и соответствующим звуком) протаранил стену. И стал снимать это.

[/color-box]

На картинке: БТР въезжает на территорию части, за ним следует спецназ (конфисковано)

nopics

[color-box]

Рядом со мной находился фотограф Baz Ratner (Reuters). Мы снимали вход спецназа на базу. Потом я услышал крик этого фотографа, машинально побежал (сам не понимаю, куда), и почувствовал,  что-то очень тяжелое прилетело мне в голову. Потом помню, я пытался не потерять сознание. Упал на землю, почувствовал, что защемило ногу. Когда через несколько мгновений стал соображать, что произошло, увидел БТР, который двигался на меня.

[/color-box]

Картинка личной памяти: правая нога зажата бетонным забором, в 10 см от ноги, прямо на заборе, стоит БТР. Зажата ступня и часть голени.

[color-box]

Я пытался выдернуть ногу (с ботинком или без…). Ничего не удалось. Тогда фотограф Reuters (Baz Ratner), встал перед БТР и стал орать, что пострадал журналист. БТР постоял еще несколько мгновений и сдал немного назад.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: Моя нога лежит под плитой, на которой стоит БТР. Фотограф стоит перед машиной и орет водителю.

[color-box]

Когда машина отъехала, я вытащил ногу (сначала думал, что она сломана), и стал двигаться к штабу части к основной группе журналистов. В этот момент меня нагнал бравый хлопец из спецуры и неистово заорал: “Лицом вниз!”. Я быстро лег на землю (знаю я этих ребят), рядом со мной лег и мой “Reuters-спаситель”:
– Давай камеру,- крикнул спецназовец.
– Не отдам. Она очень дорогая. Берите флешку!
– Давай флешку.
– Забирай на**й!

[/color-box]

Картинка в личной памяти: спецура забирает флэшку.

[color-box]

Выстрелы. Громыхает что-то. Кто-то кричит… Лежу на земле. Пытаюсь почувствовать ногу… И оставшуюся часть мозгов после удара забором. Думаю, хорошо, что камеру не забрали. И думаю: содрало ли мне скальп? Трогаю голову. Шапка. Возможно она спасла мою шикарную “бандеровскую лысину”. Голова вроде целая, но болит. Ох, пи***ц как болит.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: трава, камера с открытым слотом для карт и моя голова.

[color-box]

Подбегает второй из спецназа, рыжий, бородатый. Намного серьезней кричит:
– Камеру давай, б***ь!
– Не отдам!
– Давай камеру, бля!
– Оставьте камеру, пожалуйста, у меня ваш хлопец уже забрал флэшку!
Начинает вырывать из рук ремень. Я не отдаю.
– Не отдам!
Он взводит курок на своей автоматической винтовке и приставляет мне к лицу.
– Окей-окей, забирай камеру на здоровье, пользуйся! Черт!
Против такого не попрешь.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: хлопец с рыжей бородой и темных очках снимает предохранитель с характерным щелчком и приставляет винтовку к моему лицу.

[color-box]

Лежу, думаю: “Ну, пи***ц… Камера уплыла…Так дорого…” Побежал к группе журналистов. Достал своего малыша (“мыльница”), снимаю… Пока бежал, спецура очень жестко отметелила человека в гражданском. Человек остался без сознания. Не пускают доктора, стреляет в воздух, бьют по лицу украинского военного, который пытается прорваться к раненому.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: спецназовец бьет берцем по лицу человека в гражданском.

[color-box]

Украинские военные побросали к тому моменту палки и начали орать на спецуру: “Какого х*я! Суки! Человек умирает!” Спецура отвечает ударами по лицу и выстрелами в воздух.

[/color-box]

Картинка: Украинские летчики без оружия стоят в 3-5 метрах от вооруженных до зубов солдат спецвойск и орут на них (Конфисковано)

nopics

[color-box]

Думаю: начнется заварушка с мясом. В итоге доктор прорывается к раненому. Раненого уносят на носилках. Стоим с Климовым в штабе части, куда мы планировали забежать в случае пи***ца, пытаемся снять из окна. Говорю ему: “Бля, надо камеру спасать!”.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: Климов выходит из штаба и идет на спецуру.

[color-box]

– Камеры отдайте! – камеры забрали у меня, у моего Personal Jesus (Baz Ratner) и у какого-то “холодильника” (мы так называем ТВ).
– Не подходи! – поднимают стволы.
– Камеру отдайте, мы журналисты! – не сдается Климов.
– Напиши номер телефона на бумажке, мы позвоним и отдадим!, – отвечают они.
– Я им х*й свой номер дам! – говорю Климову.
– Давай, мой напишем! – предлагает он.

Пытаемся найти ручку и кусок бумаги у журналистов. Ни у кого ручки и бумаги нет – все с электрическими девайсами. Цивилизация!

Кто-то из толпы орет:
– Вы ох**ли! Отдавайте камеры журналистам!
– Ща принесем! Пусть один к нам подойдет!

[/color-box]

Картинка в личной памяти: Дима Беляков (фотограф) идет к спецуре как представитель прессы и спецназ отдает ему все камеры: три фотоаппарата и видеокамеру

[color-box]

Приносит. Все целое. Только флэшек нет.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: Дима Беляков с охапкой техники.

[color-box]

Украинских военных окружила спецура, вооруженная до зубов, и солдат спецуры снимает камеру, которая транслировала belbek62.com.ua, со столба

[/color-box]

На картинке: (конфисковано, использована сохранившаяся фотография Liberty.SU)

pilots

На картинке: Украинские военные поют государственный гимн, окруженные спецурой (конфисковано, использована сохранившаяся фотография Liberty.SU)gimn

[color-box]

Бегаю, снимаю малышом. Навалил несколько карточек.

[/color-box]

На картинке: спецура стоит рядом с флагом Украины у ворот военной части, из БТР выглядывает очередной хлопец в маске. (Конфисковано)

nopics

[color-box]

В итоге спецура вытеснила журналистов и собрала всех у КПП у входа в часть. Стоит подполковник в “пиксельке”. Я говорю:
– Товарищ полковник, что за х***я? Меня тут только что чуть Вася на тракторе не переехал, да еще и фотографии этого момента забрали.
– Ждите приезда Пресс-Службы.
– Товарищ полковник, ну, серьезно. Я тут целый день снимал.
– Сейчас поговорю!
От отошел к “командиру спецназа”. Подхожу к ним:
– Ну что, товарищ полковник?
– Ничего, отдаст пресс-служба…

В этот момент бравый спецназ собирает нас в кучу (у нас “оружие” – камеры, у них – стволы), и ведет как раз к дырке в заборе, которым меня чуть не пришибло. Журналистов человек, наверное, сорок…
Я отделяюсь от группы, подхожу к рыжему, который забрал камеру и говорю:
– Слушай, спасибо, что ствол в лицо сунул. Я чуть не обосрался. Вы меня своим трактором чуть не задавили… Давай будем честными: я работал, ты работал. Отдай флэшку.
– Братан, ты понимал, что будет. Не могу отдать.
– Почему?
Молчит.
Картинка в памяти: непроницаемые очки и рыжая борода.

Меня под руку хватает автоматчик и отводит в сторону:
– У вас что тут, совсем ребята непробиваемые? – спрашиваю.
– Ага. Тебе лучше, наверное, поторопиться и группу журналистов догнать. (в это время Климов ждет меня, тоже отбиваясь от настойчивых просьб автоматчиков).
– Да ну на**й… Я сейчас побегу, а меня застрелят…
– Беги, не бойся… Сейчас все спокойно… – смеется.
– У вас-то спокойно никогда не бывает…

Догоняю группу недалеко от “моего” пролома в стене. Хлопец с огнестрельным аргументом начинает шмон: “Сейчас у вас заберут все носители информации, а также проверят документы, подтверждающие ваше право законно находиться на территории РФ!” Нас окружила спецура. Мы с Климовым показали паспорта, у нас отжали флэшки (вооруженный грабеж?), и, спустя 10 минут, пропустили за забор.

[/color-box]

Картинка в личной памяти: спецназ ОБЫСКИВАЕТ журналистов с “просьбой” показать носители информации.

[color-box]

Единственная картинка, которую мне удалось сохранить: Боец несет флаг Украины. На фоне стоит российский спецназ.

[/color-box]

flag

[color-box]

Дальше. Мы пробиваемся через толпу “самообороны”, которая кричит “не выпускайте журналистов” в сопровождении бойца спецуры, садимся в “машину на прокат”. Блокируем двери.

– Сними бандану! – говорю Климову. Мы уезжаем.

[/color-box]

Александр Аксаков, личный дневник
на фото EPE (вверху) наемники забрали камеры у Александра Аксакова (справа в очках на земле) и фотографа Baz Ratner (слева на земле)

Другие материалы “Украинский кризис” в М-Журнале

[indeed_popups id=1]

Расскажите об этом в социальных сетях: