Река Волга, Саратовская область

Всего несколько минут назад, пролетая над Волгой, ты приветствовал лодочников, высунувшись из открытой кабины. Сейчас же ты стоишь на берегу, а гидроплан «Бриз», как и положено любому гидроплану, — на воде. Вместе с ним в воду забрались и его создатели: пытаются исправить неполадку. Кто-то держит самолет за крыло, чтобы не уплыл, кто-то, оседлав гидроплан, разбирает двигатель.

Очередной запуск. Пока винт набирает обороты, что-то падает в воду: у самолета отваливается карбюратор. Что же, поломка найдена! Теперь ее легко устранить, и вот уже через пару минут новый пассажир, стоя по колено в воде, забирается на борт «Бриза».

«Кому-то повезло: марки собирают, мух на булавки насаживают. Нам же крыло стукнуло по голове, и ничего с этим не поделаешь», — смеясь, рассказывают о себе авиаконструкторы-любители Виктор, Василий и Георгий.

Каждый из них преодолел множество препятствий на пути в небо. Георгий Дорфман решил построить самолет еще в юности, да только осваивать азы самолетостроения ему приходилось самостоятельно: фамилию его сочли неподходящей для «радиопереговоров» — двери авиационных институтов были закрыты для многих евреев в СССР. Но это не мешало Георгию проводить часы в библиотеке, переписываться с известными авиаконструкторами, а затем, ютясь по подвалам и заброшенным красным уголкам предприятий, создавать свой первый самолет.

К 1986 году вокруг него собрался кружок единомышленников — так образовалось общественное конструкторское бюро «АЭРОСАМ». Через два года появился на свет биплан «Карапуз». К сожалению, КГБ, прознав о нем, вынудило Георгия избавиться от своего детища. Не объяснить было представителям «Железного Феликса», что «жизнь проходит, а летать-то хочется».

Но вскоре «Железного Феликса» самого сняли с Лубянки и без помощи «Карапуза»: Союз распался, начались тяжелые 90-ые, «аэросамцам» пришлось подстраиваться под новые условия жизни и временно забыть о самолетостроении. Лишь в 1995 году, заполучив в свое распоряжение другое помещение, «АЭРОСАМ» вернулся к жизни и стал пополняться новыми членами. Через пару лет прямо в мастерскую пришли Виктор Агапкин и Василий Мишин.

В то время в общественном конструкторском бюро бились над созданием гидроплана: ведь здесь, в Саратове, есть Волга – огромная взлетная полоса, тем более, имеющая множество приток, мелких заводей, таких удобных для испытаний и для того, чтобы про испытания эти никто не узнал. Перед вновь пришедшими предстал лишь каркас, скелет будущего самолета. Гости внимательно разглядывали его, смотрели чертежи. Георгий тем временем с интересом наблюдал за гостями: ведь Виктора – мужчину в самом расцвете сил, передвигавшегося на костылях – он видел впервые.

Виктор отмахивался от любого, кто обращал внимание на его недуг. Он лишь, смеясь, замечал: «Я в семье единственный бездельник. Вот и делаю, что мне интересно». Интерес же для него всегда представляло конструирование. Тогда, в конце девяностых, он дорабатывал свой автомобиль — «джип», собранный из фанеры и прочих подручных материалов, достраивал дом. Но он стал все чаще и чаще проводить вечера с Георгием, задавал все больше и больше вопросов, и в итоге сознался, что всю жизнь мечтал создать свой собственный самодельный самолет.

«Думал, сделаю что-то скромное: две палки да ткани кусок», — вспоминает Виктор. Но Георгий настоял: если уж строить, то настоящий самолет. Поначалу Виктор пытался повторить тот самый гидроплан, чертежи которого он так внимательно изучал в первый вечер в мастерской. Но этот самолет не увидел ни воды, ни неба – мотора для него было не достать. Поэтому, набравшись смелости, Виктор решил строить свой собственный, уникальный гидроплан.

Так и начались дни и ночи, проведенные за «рисованием», ведь нужно было продумать не только фюзеляж, крылья, но и полностью ручную систему управления, чтобы и сам Виктор мог вести самолет без помощи ног.

«Рыбак рыбака и дурак дурака видят издалека», — улыбаясь, вспоминает о знакомстве с Виктором Василий. Его самого всегда влекло небо: в молодости он хотел стать пилотом, но эту мечту смогли воплотить в жизнь лишь его сыновья. Он же решил попробовать себя в любительском авиастроении и присоединился к Виктору.

© Олег Климов

Вместе они перебрались в мастерскую и всего за год собрали гидроплан «Бриз». В сентябре 2010 состоялся первый полет. Никаких предварительных испытаний, они просто спустили самолет на воду. И он полетел, с первого же раза, без каких либо доработок.

«Я, как сейчас, сидел на берегу, когда «Бриз» скрылся из виду. Сердце ушло в пятки. Но оказалось, что пилоты просто увлеклись: делали крутые горки, виражи, потому что самолет вел себя почти безупречно», — с гордостью рассказывает Виктор, — «через несколько дней опробовал его и я…», — и, заметив взгляд, устремленный на его ноги, добавил, — «Только не надо сравнивать меня с Маресьевым, называть героем. Какой я герой? Просто не верю ни в какие реанкарнации, вот и хочу жизнь свою единственную — интересно прожить. И все, в этом весь мой секрет».

© Олег Климов
© Анна Шустикова
© Анна Шустикова
© Олег Климов
© Олег Климов
© Олег Климов
© Олег Климов
© Анна Шустикова
© Анна Шустикова

Анна Шустикова (текст)

Расскажите об этом в социальных сетях: