Репортаж М-Журнала с острова Ваганиха (Рыбинское водозранилище) — место стоянки яхты Freelancer

Мы высадились на остров Ваганиха, когда солнце уже садилось за горизонт. У воды, на полуразрушенном деревянном пирсе сидела пожилая женщина в поношенной куртке, по талии подпоясанной толстой швартовой веревкой и наблюдала за тем, как мы, преодолевая прибрежку, подтягивали лодку и выгружали свой багаж на берег. Пирс начинался с воды и заканчивался у крыльца ее ветхого домика, построенного лет семьдесят тому назад, поэтому казалось, что выход из дома ведет не на сушу, а в море, как здесь называют Рыбинское водохранилище. Эту женщину звали баба Люба, она прожила на острове всю свою жизнь за что и получила народную должность — «комендант острова».

Баба Люба Еремина (фото) и остров Ваганиха — почти ровесники, она родилась в 1935 году, а остров в 1939 — в результате появления «моря, сделанного руками человека». Остров находится в десяти километрах от промышленного города Череповец, но несмотря на близость к «цивилизации» на нем никогда не было электричества и какой-либо инфраструктуры в том числе почты, телефона и телеграфа, не было даже государственной власти в виде сельсовета, не было и партийной ячейки КПСС или Единой России. Удивительно и то, что во времена Сталина остров был самозахвачен простыми людьми и до сих пор остается «свободным».

В конце 30-х, начале 40-х годов, в результате создания «искусственного моря» советскому государству пришлось переселить около 130 тысяч человек из более чем 660 селений. Жителей деревень, вблизи нынешнего острова Ваганиха, переселяли в Ленинградскую область. Через год с небольшим, после оккупации немцами Ленинградской области во время Второй мировой войны, часть переселенных жителей бежали обратно — на родину, но большинство их деревень, сел и даже городов было уже затоплено водой. Тогда они стали самостоятельно селиться на тех островах, которые были ближе всего к селениям, где они родились. Так на острове Ваганиха появились первые островитяне. Они выкапывали землянки чтобы жить в них, сажали картошку и ловили рыбу чтобы кормить семью. Никто им не препятствовал видимо потому, что шла война и люди выживали сами как могли. Но после войны власть «навела порядок» — угрозами и насилием стала выселять людей с самозахваченных островов.

Фото Артема Лежепекова

Александр Андреевич Киселев был «фронтовик в медалях и орденах», у него была большая Родина, которую он защищал от фашизма, но родины малой, где он родился и вырос, у него не было — она оказалась под водой «рыбинского моря» и ему некуда было возвращаться после войны. Он приехал на остров Ваганиха — часть земли, которая сохранилась от его родной деревни с полузатопленным кладбищем одосельчан, кости которых до сих пор вымывает вода на набережную острова. «По бревнышку» Александр перенес с места затопления свой старый дом (фото), а затем восстановил его уже на твердой почве. Так на острове Ваганиха появился первый настоящий дом вместо землянок.

Чтобы «легализовать» свою малую родину, Александр стал работать бакенщиком — «зажигать огни на фарватере в любую погоду», ловить рыбу (фото) и тем самым мотивировал перед властью свое местожительство на острове. Вскоре он женился (фото) и родились первые настоящие островитяне: Борис, Евгений и Валентина Киселевы (фото).

«С двенадцати лет я уже сама могла управлять моторной лодкой, — говорит Валентина (фото): «Меня не просто научил этому отец, это было необходимо для жизни на острове, где мало земли и очень много воды. В любую погоду: ветер, шторм, дождь или все это вместе — мой отец садился в лодку и каждый день ехал зажигать огни на фарватере. Это был первые урок, который я получила. Второй: с продуктами, вы знаете, с продуктами всегда проблемы на острове. Моя мама научилась выходить из этого положения. Спрашивает отца: кашу будешь? Он говорит: нет, сколько можно. Тогда она думает про себя: ладно, кашу не будет, тогда я сделаю ему «оладышки» — просто добавит в кашу немного муки и пожарит на сковородке в виде оладий. Для островитянина это уже совсем другое блюдо», — смеется Валентина.

Фото Олега Климова

Вторая попытка выселить с острова всех жителей была уже в наше время. И опять островитянам повезло. На этот раз их спасли цапли. За семьдесят с лишним лет этот остров понравился не только людям, но и цаплям , которые стали прилетать сюда каждый год и вить гнезда на высоких соснах, стоять на одной ноге в воде и охотиться за рыбой. Почти как люди. На острове есть также кабаны, которые перебираются сюда вплавь и был даже «свой медведь», но быстро покинул остров, оказалось, что «ему одному слишком мало земли и много воды», — как утверждают островитяне.

Несколько лет назад градообразующее предприятие Череповца «Северсталь» решила превратить остров Ваганиха в свой дачный поселок и, соответственно, построить там частные особняки, поставить охрану, а местных островитян, всего 28 домов, расселить в другие места. Скорее всего это им бы удалось, если бы не 300 цапель, гнезда которых находятся под федеральной охраной Природы, о чем островитяне узнали через интернет и что стало главным аргументом против покупки острова «капиталистами-металлургами: «Цапли не зря здесь гнездятся», — рассказывает Евгений Киселев: «Из-за розы ветров все выбросы от заводов Северстали или химкомбината не достигают острова, здесь чистый воздух — «Зеленые ворота Череповца» и самая северная точка, куда прилетают цапли для размножения».

«Северсталь» все-таки построил себе «дачи» для владельца заводов Мордашова и его топ-менеджеров с отличным пирсом, к которому запрещено швартоваться кому-либо постороннему. Но построили не на острове Ваганиха, а напротив — на материке. Особенно ночью хорошо видно их ярко-освещенный «дачный поселок» с острова Ваганиха, на котором до сих пор нет электричества, а жители пользуются керосиновыми лампами.

Фото Олега Климова

Мы решили отправиться в глубину острова, чтобы найти и посмотреть цапель. Через полчаса пошел проливной дождь. Идти пришлось через болота, валежник, заросли кустов и леса. Мы все промокли, в том числе наши компасы на современных телефонах — отсырели и перестали работать. Мы быстро заблудились, но успокаивали себя тем, что на острове заблудиться невозможно. Однако не кому не хотелось провести даже минуту лишнего времени под проливным дождем, в болоте и холоде. В конце концов мы определили где находится Север и почти точно вышли к селению островитян: «Ох, а мы уже отправили Евгения искать вас, — сказала нам Валентина как только повстречалась с нами: «Ну, как же, такой дождь пошел, вы же не местные, заблудились бы сразу, мы беспокоились и решили пойти искать вас». Это было так трогательно для нас может быть потому, что переживая куда более «серьезные приключения» на воде, нас никто не искал, скорее наоборот, люди были уверены, что с нами ничего не может произойти, а все «наши следы» отмечаются на карте GPS в интернете. Но очень часто в экстремальных условиях эти технологии не работают и остается верить только в соучастие человека.

К сожалению мы нашли только одну цаплю. Она пролетела мимо. Но слышали хрюканье кабанов, видели следы лося и пережили самую агрессивную атаку комаров за всю нашу экспедицию.

Валентина отправила нас в баню: погреться и просушить вещи. Потом напоила чаем и накормила «оладышками», но не из старой каши как ее мама кормила мужа, а из свежих кабачков, выращенных ей на острове. Ночевали мы в доме ее отца — самый первый дом на острове, он до сих пор сохранился. Новый дом семья Киселевых тоже построила не совсем «легально». Раньше по Волге и Рыбинскогому водохранилищу водили плоты с лесом. Часть бревен терялась во время транспортировки и их прибивало к острову. Вот из этих «утерянных бревен» они и построили себе новый дом. Да и не только они, почти все островитяне.

Александр Егоров (фото) живет на острове более 25 лет. Каждый день, в любую погоду, с работы на материке или на работу, в магазин за продуктами или за бензином, он всегда возвращался домой. «Почему?, — спросили мы его: «Иногда, это просто опасно для жизни!» Он немного задумался и ответил: «Ну как же, опасно. Но я же к жене на остров возвращался».

Фото Олега Климова

Однажды, поздней осенью, когда вода вдоль берегов уже замерзла, но еще была открытая на фарватере, Александр, как всегда, «возвращался к жене». В этот раз после работы. В начале он шел по льду и тащил за собой небольшую лодку, когда лед стал тонким, он сел в нее и по льду отталкивался веслами. Когда лед треснул, он стал грести веслами по воде, несмотря на сильный ветер и волну на открытом пространстве. Теплоход, который шел по фарватеру, почти на встречу лодке, был вынужден остановиться, наблюдая за тем, как сейчас будет тонуть человек в ледяной воде и, может быть, его надо будет спасать; или он остановился просто потому, чтобы уступить дорогу отважному островитянину на крохотной лодке, который спешит к своей жене — точно никто не знает. Из воды, в обратном порядке, Александр перебрался на тонкий лед вместе с лодкой, а теплоход дал гудок и пошел дальше по открытому фарватеру. Эту простую историю до сих пор рассказывают на острове, несмотря на то, что Александр уже на пенсии, по-прежнему живет на острове вместе с женой, но значительно реже бывает на материке.

Нам было абсолютно нечего подарить островитянам в знак уважения к ним или просто отблагодарить за помощь. Тогда мы решили оставить на их острове наш флаг Liberty.SU с яхты Freelancer: «А что на нем написано?, — подозрительно спросила баба Люба — «комендант острова». «Свобода», — ответили мы. «Ну, тогда ставьте его на моем пирсе», — сказала она.

Для просмотра видео — клик на фото

Мультимедиа репортаж с  яхты Freelancer: Александр Аксаков, Артем Лежепеков и Олег Климов, а также использованы фотографии из семейного архива Киселевых

Расскажите об этом в социальных сетях: