Цирковая жизнь артистов за пределами арены сохраняет ощущение праздника и непроизвольно наделяется чертами театральности. Бытовое окрашивается сценическим, а сценическое – бытовым. Эта парадоксальность закулисья часто привлекала внимание фотографов всего мира: от Натальи Беркутовой и Константина Смилги с их документальными проектами о русских стационарных цирках до супружеской пары Джимми и Дена Катц, снимавших последний американский цирк на колёсах. В Украине при всём обилии действующих трупп подобных проектов до сих пор не существовало. Группа киевских фотографов – Данила Проскурин, Александр Синельников и Татьяна Красная – представляют фотопроект о закулисье странствующего цирка-шапито «АртФлай».

м-журнал liberty.su

Идея проекта появилась давно, но материализовалась спонтанно – возле дома Данилы передвижной цирк «Арт-Флай» поставил свой шатёр. У фургончика с надписью «касса» мы познакомились с Валентиной Руденко, директором цирка, которая позволила снимать будни шапито. Первое время к нам настороженно присматривались, но взаимное приятие появилось быстро. Найти общий язык с артистами и рабочими сцены оказалось легко. Интерес к съёмочному процессу очень скоро стал обоюдным, и через месяц после первого визита (мы ходили по выходным в дни представлений) нас уже приняли в семью.

 

В течение нескольких месяцев мы участвовали в переездах на новое место, помогали устанавливать шатёр и даже заработали первые цирковые деньги, которые мы почему-то стеснялись взять. Но нам на это строго заметили, что в цирке от денег не отказываются: они приносят удачу. Так труппа незаметно стала важной частью нашей, уже нефотографической, жизни. Друзья даже стали дразнить нас «фотоцирком». Чтобы соответствовать образу, свою группу мы назвали «Kritz» – «цирк» наоборот, с изнанки, именно таким мы увидели его и попытались передать на фотографиях.

Цирк-шапито расположился посреди пустынного и заросшего сорняком села Требухова. У красно-жёлтого шатра клоун Владис Раманаускас и дрессировщик Руслан поделились с нами, как люди оказываются в цирке. Руслан сказал: «Всё как у людей, ничего особенного, мы ведь с детства играли с медведями». – «С медведями?» – удивлённо переспросили мы. И только потом Руслан добавил: «Я вырос в семье дрессировщиков».

 

Владис – человек с обаянием нечистой силы, и, пожалуй, самый харизматичный член коллектива. Ему сорок пять, он носит длинный хвост и говорит с ощутимым русским акцентом, насыщая речь невероятным количеством изобретательного мата. Он рос и воспитывался в детском доме. Когда ему было девять лет, детдомовских детей пришли отбирать для цирковой студии. Владис согласился. После детдома отучился в мореходном училище. Сходил всего в один рейс – не заинтересовало. Потом – армия, следом – фарцовка. И лишь затем цирк – уже навсегда.

м-журнал liberty.su

Изначально Владис был акробатом. Исполнял прыжки с подкидной доской. С этим номером в составе разных трупп он объездил множество стран. Со смешной чёлкой, в дутой куртке, с сигаретой в руках, он, никого не стесняясь, красочно разыгрывал перед нами одну за другой сальные анекдотические истории. К примеру, о том, как зимой ведро, выполнявшее функцию женского туалета, поставили перед кулисами за шатром, и когда занавес раскрылся, артистка во всей красе оказалась на сцене. Или о том, как в тюрьмах во время гастролей зрительный зал хлопал только после сигнала местных авторитетов.

 

Ещё Владис рассказывал случай, когда руководство одной женской колонии не разрешило им выступать из-за боязни, что пленницы похитят артистов-мужчин. В 80-х годах ему удалось раздобыть аппарат для производства сахарной ваты, и на вырученные за сезон деньги он купил себе машину. На вопрос, как из акробата стал клоуном, Владис, глядя на носок своего ботинка, бросил коротко «травма позвоночника». Ещё он  импресарио, отправляет артистов за границу. Таких, как он, в Украине всего пара-тройка агентов.

м-журнал liberty.su

Мы зашли в один из вагончиков в гости к артистке оригинального жанра Людмиле и дрессировщице змей и крокодилов Любе Химани. Убранство их нехитрого жилища было очень скромным. На столе – косметички, чашки, чай в пакетиках и печенье. Люда в цирке выступает с пятнадцати лет. Номер у неё один из самых технически сложных: она жонглирует ногами. На цирковом сленге это называется «антипод». На гастролях во Франции она познакомилась с болгарским цирковым артистом Веселином Парвановым. Теперь они вместе работают в Украине. Он – акробат и звукооператор. Веселин даже предложил нам: «Хотите, я вас научу делать мои номера? Это несложно».

 

Химани – обворожительная улыбающаяся женщина с длинными чёрными волосами и ядовито-зелеными глазами. Она выросла в семье дрессировщиков, но, несмотря на желание родителей, упорно избегала цирковой судьбы. После школы Люба пошла на курсы парикмахеров, работала рекламщиком и администратором. «Каждый раз всё получалось очень хорошо, с уверенностью и успехом, но всегда наступал момент, когда это прекращало меня наполнять», – вспоминала Любовь. После возвращения в цирк она пятнадцать лет выполняла трюки с огнём и ножами, демонстрировала гимнастические этюды на битом стекле. Однажды загорелась прямо на сцене. После этого целый год лечилась от последствий ожогов. «Теперь вот с гадами ползучими работаю», – улыбнулась она.

м-журнал liberty.su

Посреди разговора в трейлер забежала Лариса, низкорослая, маленькая, с гладко прибранными волосами и прокуренным голосом женщина. Лариса – самый задействованный член труппы: работает с голубями, ухаживает за животными и стоит «на буфете». Совершенно не стесняясь, она быстро сбросила одежду прямо перед нами и начала переодеваться в синее платье. На сцене этот образ дополняют высокая перьевая шляпа и широченная улыбка. Дочь Ларисы, Снежана, тоже работает в цирке. Её файер-шоу закрывает программу. Они вдвоём – одни из немногих артистов, которые живут в вагончике весь сезон. С ними постоянно находится парализованная мама Ларисы (её не с кем оставить, поэтому возят за собой) и три старых пуделя на пенсии (один из них – трёхлапый, и в трейлер Лариса заносит его после прогулок на руках). Цирк своих не бросает.

м-журнал liberty.su

В вагончик заглянул Руслан и позвал пить чай к директору шапито, Валентине Руденко – Архиповне. Ей за шестьдесят, но и сейчас она без всякой разминки может стать в затяжку (шпагат). Архиповна была гимнасткой высочайшего уровня и выступала в этом жанре лет до пятидесяти. Сейчас она дрессирует собак и попугаев, но свои истории готова рассказывать подолгу каждому. В её белом трейлере множество костюмов, вырезок из газет, дипломов и старых фотографий, на которых точёная Архиповна, словно голливудская дива, позирует в трико. «Это я после рождения Руслана, моего младшего», – добавила она задумчиво. Руслан в ответ подмигнул нам и развёл руками.

© Kritz
"С ними постоянно находится парализованная мама Ларисы и три старых пуделя на пенсии. Цирк своих не бросает"
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz
© Kritz

Когда работа над проектом завершалась, и эйфория впечатлений понемногу утихла, мы думали, чем же притягивали эти люди и это место. Каждый из нас почти физически ощутил, как пересёк границу обыденного мира и попал внутрь иной реальности. Мы словно в одно мгновение оказались в другой эпохе – в средневековом балагане – с братством вечных бродяг и невероятно трепетным отношением к делу. Конечно, нас увлекли пёстрые костюмы, змеи, пудели, огненный факир, акробаты под куполом без страховки и шутки коврового. Их представления не были шоу – артисты с одинаковой искренностью жили и в своих фургонах, и на сцене. Всё это вместе создавало атмосферу чего-то вневременного и неизменного. Люди здесь навсегда остаются детьми, а время как будто останавливает ход и начинает движение в обратном направлении.

 

Фотографии [Kritz]: Данила Проскурин, Александр Синельников, Татьяна Красная
Текст: Елена Мигашко

Расскажите об этом в социальных сетях: