М-Журнал публикует фоторепортаж из города Заречный, Пензенской области с текстом акушера-гинеколога: «Взгляд изнутри родильного дома , безусловно, интересен многим . Ну то есть должен быть интересен доброй половине (лучшей!) человечества. Мужчин , на мой взгляд, должно интересовать что же происходит там с женщинами».

Акушерство. То есть моя работа — это встречать, принимать, держать детей — мальчиков и девочек. Когда я первый раз увидела роды, ничего гармоничного и замечательного, и тем более значительного, я в этом процессе не почувствовала. Это были её четвертые роды, роженица поступила в потугах,  клизму ей  сделать  не успели (в то время бритье и клизма были обязательной процедурой) поэтому ребенок  появился с кучей понятно чего. Пусть меня простят дамы, именно в тот момент  пришла четкая  ассоциация — «родить как посрать». До сих пор я слышу, как уважаемые мной мужчины-акушеры так и объясняют  неопытным первородящим особенности потужного процесса.

Первые мои принятые роды тоже нельзя назвать вершиной акушерского мастерства. Это было на практике, в районе, после пятого курса. Мы приехали тогда в ЦРБ, нас, четверых студентов, поселили на кушетках в физкабинете (мне достался аппарат «Амплипульс»). Поскольку в селе кадровый голод, а тут мы, студенты после пятого курса, имеющие право работать фельдшерами. Предложения подработать посыпались на нас со всех сторон. Будучи морально нестойкой я устроилась сразу в несколько мест: фельдшером на скорую и акушеркой в родильное отделение.

Надо отдать должное, на скорой работать было намного интереснее. То привезут пастуха, который упал с лошади, и ты ему вправишь (строго по книжке) вывих плеча (пяткой),  и за это тебе дадут барана; то  случится авария на каучуковом заводе; а вызов на острый живот — это же счастье, проверка всех твоих глубоких  знаний по хирургии. Я думаю, что много прекрасных серий «Интернов» можно было бы снять там в районной больнице.

Но от баранов все-таки вернемся к родам.

article01

К слову сказать, чтобы вы оценили мою решительность: врач тогда в районе не дежурил, акушерка дежурила одна и имела полное право принимать неосложненные роды. Замечательный доктор, акушер-гинеколог, которая, как все в районе, занималась всем: оперировала,  принимала роды, сидела на приеме в женской консультации, работала круглосуточно  и, как любой хороший специалист, консультировала меня перед первым дежурством в качестве акушерки: «Поступит женщина, что-то непонятно — звони». Я думаю, чем больше ты знаешь,  тем больше тебе непонятно, поэтому тогда после пятого курса и целого года! (правда этот год был на четвертом, на пятом мы учили гинекологию) мне было все-все понятно.

Поступила роженица, со схватками, вторые роды, чудесная барышня килограмм 120, очень как-то быстро (я не успела даже подготовиться) начала тужиться, в этот момент мне стало не понятно, почему головка новорожденного такая мягкая и из центра головки лезет меконий (первородный кал) . Светлая мысль, что это ягодицы, что это относится к «осложненным родам» и требует присутствия доктора, промелькнула в моей голове и улетела, так как очень быстро (спасибо чудесной деревенской женщине) следом за ягодицами родилась и вся девочка, закричала, слава богу,  сразу. Мне незнакомы тогда были «новые перинатальные технологии», но, не пересекая пуповину (я забыла что это нужно сделать сразу), я положила ребенка на живот матери (так как просто не нашла более чистого места). Потом, конечно, меня все хвалили, сказали, что я обязательно буду акушером-гинекологом. Довольно долго я была уверена, что принимать роды в тазовом предлежании — это очень легко, просто молча подставляй руки. К слову сказать, вес этой девочки был 3800, а для родов в ягодичном предлежании это много…

001

Для просмотра фото-репортажа — клик на фотографию. Используйте опцию fullscreen для качественного просмотра

В роддоме работать трудно, трудно работать в роддоме долго.

Фотографии: Анна Шустикова
Текст: Елена Шустикова

Расскажите об этом в социальных сетях: