Сергей Медведчиков, фотограф-документалист, осознанно и постоянно занимается проведением фототуров в течение 5 лет, которые с января 2013 года будут проходить на базе образовательного проекта Liberty.SU. В своем интервью М-Журналу Сергей попытался найти консенсус между коммерцией и образованием; постарался объяснить, почему Россия не популярна для проведения фототуров; высказал идею, в чем заключаются два основных «инстинкта» фотолюбителя. И недоуменно ответил вопросом на вопрос, почему же фотографы стекаются в Москву как в центр мира.

Фототуры — образование или коммерция? Или коммерческое образование? Чем практически твой статус как руководителя группы отличается от статуса рядового участника?

— Это выездное фотографическое образование на платной основе (смеется). Фототур для меня — это в первую очередь моя работа, мое дело. Если не относиться к ней, как к бизнесу, то клиенты меня не поймут: будут искать подвох. И я бы лукавил, если бы говорил, что для меня в этой работе более значим сам факт поездки. Если бы не наездился, я бы, возможно, поехал в невыгодный с коммерческой точки зрения тур, а сейчас я не поеду с фототуром бесплатно даже туда, где я ещё не был и где очень хотелось бы побывать.

Что касается статуса, то здесь нужно сказать об организационных моментах. Сейчас я работаю не только как преподаватель по найму, приглашенный вести туры: я стал самостоятельно их организовывать. Если убрать организационные и преподавательские моменты, во всем остальном я абсолютно равен остальным участникам фототура.

Насколько давно и насколько успешно ты занимаешься такого рода деятельностью?

— В общей сложности, я вожу группы пять лет. Но первые годы выезды носили лишь эпизодический, нерегулярный характер. Ездил иногда со «своими» людьми (выпускниками своего курса «travel–фотография», например). Последние два года я занимаюсь этой деятельностью осознанно и постоянно.

По поводу успешности. Я не могу сказать, что именно здесь является абсолютным критерием успешности. Все ли туры набирались? Нет, не все: их штук 20 в год стояло в расписании последнее время. Набирал бы все – практически не появлялся бы в России и жил бы только в гостиницах и самолётах. Если оценивать с точки зрения впечатлений участников от работы и результата, то впечатления всегда были положительными. А значит, я считаю, они проведены качественно. В этой работе я постоянно совершенствуюсь, а участники группы меня постоянно поддерживают и иногда направляют. И я очень благодарен им за это.

Надежда Чуствина. Поэтесса и рукодельница. Прожила очень сложную жизнь, вследствие чего начались проблемы со здоровьем. Лишний вес. Сейчас очень редко появляется на публике. Новый Васюган. Томская область. Россия. 2009г.

Почему большинство туров в весьма экзотические страны и практически нет по России? Россия — не экзотическая страна для россиян?

— Тоже часто задаю себе этот вопрос. Россия, особенно Сибирь и её восточные рубежи, весьма интересна для большинства людей из Москвы и других городов европейской части страны. Делаю этот вывод из личных бесед с потенциальными клиентами. Многие хотели бы побывать на Алтае и Камчатке, в Тыве и Якутии, но их всё время что-то останавливает.

Что является непреодолимой преградой? Я вижу несколько причин. Одна из них — непомерная стоимость внутренних перелётов и цены на услуги в местах пребывания. Особенно в сезон отпусков. Ведь не секрет, что поездка практически в любую европейскую страну для фототуриста или дешевле, или равна стоимости, например, поездки на Байкал. И тут чаша весов в большинстве случаев склоняется не в сторону внутреннего туризма.
Кого-то отпугивает сервис, хотя надо сказать, что инфраструктура во многих регионах уже давно на уровне. Кто-то находится во власти стереотипа «к нам москвичам, чем дальше от Москвы, тем хуже отношение».

Да-да. Мне приходилось сталкиваться и с подобными утверждениями. Ещё одна тема— это то, что многие российские граждане, выезжая на отдых, хотят максимально отстраниться от привычной среды обитания. И отдыхом для них является 
только та поездка, которая переносит их в совершенно другую реальность, в незнакомую культуру. Люди хотят отдохнуть именно от своей страны. Но это проблема из области психологии, одна из особенностей российского менталитета.

Фототуры являются коммерческим мероприятием, я ориентируюсь на спрос. С учётом его формирую и направления. Если со временем будет много желающих путешествовать по России, то я только порадуюсь этому. И не всё здесь так плачевно, как может показаться. Стабильно набираются группы на Байкал. И я планирую и в дальнейшем ездить в этот благодатный с фотографической точки зрения регион. Есть в моём расписании фототуры в Тыву и на Алтай.

Сулейман гора. Пожилые женщины скатываются по отполированному каменному жёлобу. Спуск на спине вниз по нему должен избавить человека от плотских грехов, угнездившихся в пояснице. Ош. Кыргызстан. 2008г.

В бывших республиках СССР, например, в Узбекистане, есть не меньше романтики, традиций, колорита… Кроме того, снимается проблема языка, но почему-то туда туров я не видел… Есть ли они у тебя?

— Полностью согласен с тобой насчёт романтики и колорита Узбекистана. И более того, из бывших республик СССР как раз Узбекистан является для меня наиболее привлекательным. Я уже не раз планировал проехаться с участниками по нескольким городам Узбекистана.

Но есть причины, из-за которых поездка в эту страну пока откладывается. И причины эти организационного плана. При подготовке программы у меня то и дело возникали некоторые трудности. Не было полных гарантий безопасности и чёткого понимания, что всё будет на уровне. А я не могу ехать туда, где есть хоть малейшие сомнения в благополучном исходе всего предприятия. На этапе организации тура я связался «не с теми людьми», поэтому пока группы в Узбекистан не возил. Бывает. Надеюсь, в ближайшем будущем поездка осуществится.

Вернемся к функции образования. Как это практически выглядит? Ты можешь показать им какие-то умения и навыки в фотографии, но обьясняешь ли ты какие-то «правила жизни», историю, традиции в конкретной стране, конкретном месте? Учишь ли их каким-то словам, если не на местном диалекте, то по-английски хотя бы? Я имею ввиду, что делать стрит-фотографию можно на любом восточном рынке или западной улице, но, на мой взгляд, это может быть достаточно для формы, но недостаточно для содержания…

— Если говорить коротко, то по прибытию на место пару дней я провожу вводные занятия. Каждая страна уникальна, поэтому естественно, если я уже был в этой стране, я показываю отснятый мной материал. Всегда готовлю подборку признанных мастеров о конкретной стране — на свой вкус. Мне интересно, чтобы включенные в нее авторы не были уроженцами этой страны. Ну и, конечно, в сравнении мы просматриваем и обсуждаем работы местных фотографов. Дальше мы перемещаемся, ведем съемки в разных местах.

Цвет, свет, фактура, ситуации — вместе мы отрабатываем различные методики. Работаем индивидуально и коллективно. Вечерами отбираем и обсуждаем снимки. И каждый день, с утра до вечера, мы беседуем о фотографии: о художественных аспектах, об авторском видении, о психологических нюансах съёмки других людей и так далее. В конце тура у каждого участника есть своя уникальная фотосерия.

Перед каждой поездкой я запасаюсь информацией о месте проведения фототура, черпая информацию в Интернете, книгах, собственном опыте. Общаюсь с людьми, которые раньше бывали в этом конкретном месте. Случается, что со мной ездят люди, посещавшие страну фототура чаще меня и знающие её лучше. Но это не страшно — я же не гид, у меня другая работа. Иногда присутствие гида может быть интересным. Например, в 2013 году я провожу
несколько учебно-познавательных программ совместно с Мариной Билаловой Гэбриэл –
профессиональным гидом, специалистом по активному туризму из Испании. Она заводная,
харизматичная, настоящий знаток Танзании, Марокко и Южной Испании— тех мест, где мы с
ней планируем провести совместные фототуры.

Что же касается знаний о стране, о том, учу ли я людей языку — языком мы в фототурах 
не занимаемся. Я всегда могу выполнить функции переводчика, если кому-то потребуется 
помощь в коммуникациях с местными. Но я не сторонник внедрения слов «здравствуйте»
и «спасибо» из языка страны пребывания в свой английский. Если не владеешь местным
языком хотя бы на уровне бытового общения, то и нечего выпендриваться своими
 познаниями отдельных слов. Говори просто — на английском.

Надя Тупова. Одна из последних жителей д.Айполово на месте священных хантыйских обрядов. Томская область. Россия. 2009г. Проект «Васюганье».

Я так понимаю, что во время поездки курить можно, а выпить?

Расскажу об одном случае, приключившемся в Индии. Однажды, приехав из Мумбаи в Гоа и разместившись в 
отеле, я просматривал работы одной из участниц поездки. В это время перед окном появился 
праздно шатающийся член группы лет сорока пяти. Ростом под два метра и весом почти 
полтора центнера. Сказал, что собирается в местный бар выпить немного горячительного 
и посмотреть какой-то концерт. Всего через 15 минут наш товарищ прошагал мимо окна 
в обратном направлении. Я удивился и спросил: «Что интересного было в баре?». Он 
ответил: «Ничего особенного: водка невкусная, выпил много — и ни в одном глазу».

Сказав 
это, он направился в номер. Каково же было моё изумление, когда через пару минут 
я увидел его не где-нибудь, а на козырьке входа в отель. Человек ползал по нему, как 
примат, свешивая голову вниз, бормоча что-то нечленораздельное и пугая постояльцев 
отеля, проходивших внизу по дорожке. Как только они испуганно поднимали голову
 вверх, он прятался. Затем, по тому же сценарию, последовала попытка поиграть в прятки
 с охранником отеля. Мне пришлось идти в номер, выйти через балкон к нему на козырек 
и проводить коллегу в номер.

Наутро я спросил его: «Что вчера случилось?». Человек
 извинился и сказал, что так из него выходил Мумбаи.

Таджикская девочка. Семьи трудовых мигрантов из Средней Азии часто (из-за приемлемых цен), снимают квартиры в ветхих домах в деревянных кварталах города. Томск. Россия. 2008г.

Если участники платят за фототур, в том числе и за твою работу, всегда ли ты
 получаешь удовлетворение от выполненной работы как руководителя группы и 
всегда ли тебе удается снимать самому в этой связи?

— Во время фототуров я получаю удовлетворение от образовательного процесса, от
 получения новых знаний, от впечатлений, от общения с людьми. Иначе я бы этим просто 
не занимался. Мне, видимо, везёт на интересных людей, которые со мной ездят. Это 
представители разных профессий, разных возрастов, многого добившиеся в жизни, у них 
всегда есть что почерпнуть в житейском плане. Это колоссальный опыт, масса информации,
 всегда положительные эмоции. Каждый фототур — это взаимообогащающий процесс. Но 
наибольшая радость — достойные работы участников в результате. Тогда я действительно 
понимаю, что время потрачено не зря.

Что касается меня самого, то в большинстве случаев снимать не удаётся. Точнее, отснятого
 материала всегда много, но результатом этих работ я, как правило, недоволен. Во время 
съёмочного процесса в фототуре основное внимание уделяется участникам группы. Для 
себя я привык снимать в других условиях. Фотография для меня — это процесс сугубо
интимный, связанный с погружением в творческий транс. А во время фототура передо мной 
стоят другие задачи. Есть желание поснимать в конкретном месте что-то для себя — никто не 
запрещает приехать до фототура или остаться после, проводив группу.

Я знаю, что такого рода туры практикуют профессиональные фотографы и 
фотожурналисты. Например Саша Тягны-Рядно, Сергей Максимишин. Чем 
отличаются твои туры? Только индивидуальностью руководителя тура или есть 
какие-то еще принципиальные отличия?

У меня есть собственная классификация всех предложений по фототурам, которые сейчас 
существуют:

Первый тип туров – те, что проводятся руководителем, который называет 
себя гидом-фотографом. Он не фотограф по сути. Скорее всего, никогда не работал на
 фотографической ниве. Но, являясь большим любителем фотографии и знатоком какой-
либо страны, возит туда людей. Как правило, в таких поездках упор делается на пейзажную
 фотографию, участникам группы показывают точки, откуда закат получается наиболее 
эффектным.

Второй тип фототуров — это те поездки, в которых задействованы профессиональные 
преподаватели. Они не обязательно должны быть фотографами. Но, имея большой опыт 
преподавательской деятельности в разных фотографических жанрах, успешно набирают 
фототуры. Здесь, в основном, пестуется классическая фотография во всех её проявлениях.

И третий тип, к которому я и себя отношу, это фототуры — мастер-классы от 
профессиональных фотографов. Это руководители групп, для которых первична фотография, а не преподавательская деятельность. Те фотографы, что проводят свои выездные мастер-классы: и Александр Тягны-Рядно, и Сергей Максимишин, и Игорь Мухин — это, несомненно, мастера со своим индивидуальным почерком, с большим фотографическим багажом.

Не думаю, что это этично — подробно комментировать мастер-классы перечисленных
 авторов. Тем более, что я сам ни разу с ними не ездил. Я лишь попробую сформулировать
 свой собственный взгляд на вещи. Я, в большинстве случаев, не навязываю свою точку
 зрения. Мне импонирует полная свобода действия участников при наличии информации.
 Мои функции — это помощь, направление, творческая мотивация при отсутствии
 преподавательского авторитаризма.

Сортавала. Карелия. Россия. 2007г.

Главная задача — приблизиться к пониманию всех возможностей, которые существуют 
в современной стрит-фотографии, и понять, какой формат наиболее подходит человеку.
 Стрит-фотография очень тесно взаимосвязана с психологией личности. Кто-то предпочитает 
абстрактные формы, кто-то — классические. Кто-то не может тесно контактировать
 с незнакомым человеком и работает со средними и общими планами, имеет дело с пространственной фотографией. А другому, наоборот, подавай выхваченные крупным 
планом портреты людей, эмоции. Кто-то любит черно-белую фотографию, кто-то в цвете
 снимает. У меня есть свое видение фотографии. Хотите — принимайте его, хотите — нет. Но 
это не значит, что тот снимок, который мне не свойственен, я не пойму, не приму и сразу
 выброшу на помойку. Нет. Такого жесткого регламента у нас не существует.

Не секрет, что «фотообразование» для некоторых опытных и профессиональных 
фотографов стало одной из статей дохода в условиях кризиса как фотожурналистики, 
так и фотографии в целом. Не кажется ли тебе несколько странным воспитывать 
конкурентов на рынке, на котором нет необходимого спроса?

— Создаю ли я себе конкурентов? Я не работаю на ниве фотожурналистики, я пробовал себя как фотожурналист: это не совсем моя стихия. Максимишин, например, работает
 больше с продвинутыми фотографами, людьми, которые хотят «зазвучать» в СМИ. Мои 
клиенты не фотожурналисты, более того, я и фотографов, которые только что взяли камеры в руки, пытаюсь оградить от занятия фотографией как ремеслом. Полностью уповать 
на то, что можно жить за счёт фотографии, когда в профессии не платят адекватные
 деньги и когда фотография находится в кризисе, — это абсурд. Хотя в моих фототурах 
встречаются и профессиональные фотографы. Но большинство — азартные новички или 
продвинутые фотолюбители. Кто-то снимает ради своего удовольствия. Но я особенно рад, 
что у некоторых моих клиентов уже были офф-лайн выставки. Кто-то начал продаваться в
 фотобанках.

Были случаи, когда работы участников фототуров покупались «под развеску» ресторанами 
и кафе. Некоторые люди стали постепенно снимать на заказ. А один участник, 
проникнувшись фотографией и будучи психологом по образованию, осваивает новую 
нишу для России — фототерапевтические туры. Среди моих клиентов нет тех, которые 
своими фотодостижениями хотят покорить мир. Для них фотография — хобби, ну и иногда 
дополнительный источник заработка (смеется).

Мой личный опыт общения на фотосеминарах говорит о том, что у средне-
статистического фотолюбителя есть два «основных инстинкта», причем одно 
следует за другим: хочется быть популярным (например, в блогосфере) и 
хочется зарабатывать деньги (например, в масс-медиа). Удовлетворяешь ли 
ты эти желания?

— Как я уже сказал, в моих планах не значится воспитывать фотожурналистов, работающих 
в масс-медиа. Я за индивидуальное восприятие мира посредством камеры, а мир у каждого 
свой, это личное творчество. Но снимки участников часто демонстрируются на выставках, в
 фотокнигах, на собственных страницах в социальных сетях. Таким образом, я удовлетворяю 
людей по части первого инстинкта – быть популярным. Участники выкладывают свои 
работы в интернете. Они получают положительную реакцию от зрителей, их там хвалят,
 им это приятно, им это льстит.

С 2013 года мы набираем группы в фототуры на площадке 
Liberty.SU– лучшие работы будут публиковаться в М-журнале, будет проходить
 конкурс. А значит, одной демонстрационной площадкой будет больше.

Набережная реки Ушайка. Томск. Россия. 2008г.

Я знаю, что ты родился в Томске, но что случилось с тобой дальше?


— У меня с детства была какая-то непреодолимая тяга к познанию других культур. Может 
быть, из-за того, что я родился далеко от мировых центров. Может быть, потому что 
мне отец привил интерес к географии.

Помню, уже в раннем детстве я зачитал до дыр
 произведения Жюля Верна, Мирослава Стингла, Жак-Ива Кусто, Редьярда Киплинга. Я знал
 столицы, наверное, всех государств мира. У меня даже была своя выдуманная страна. Я 
чертил ее на бумаге, назвал города, провинции, территории, придумал, где она будет. Велась
 статистика по населению, экономике, сельскому хозяйству и так далее. Представляешь, будучи ребёнком, я управлял страной.

Раньше мне казалось, что я родился не там. Поэтому у меня достаточно рано, еще в
 юношестве, сформировались эмигрантские настроения. Возможно, и на факультет
 иностранных языков я поступил по этим причинам. Я всё время хотел какую-то глобальную
 профессию, связанную с перемещениями. Думал о дипломатической карьере, какое-то
 время хотел стать музыкантом или путешественником.

Фотографией я начал заниматься
 достаточно поздно, будучи студентом последних курсов университета. Начинал снимать, как 
все, наверное, своих друзей, знакомых, жену… В то время всегда сам проявлял и печатал.
 Снимал повседневную реальность, работая техническим переводчиком в нефтегазовой сфере 
в конце девяностых. Но переводческий труд был всегда несколько рутинным для меня. И 
однажды я всё-таки превратил своё хобби в профессию. Случилось это уже в Москве, где я 
осел в 2000 году.

На удивление, я с первого звонка нашел работу фотографа и сразу окунулся в разные 
жанры фотографии, попробовал почти всё. Снимал в студиях, занимался портретной
 фотографией, снимал рекламу и свадьбы. На протяжении многих лет работал в Музее 
Кусково. Пробовал себя в фотожурналистике. Но, наверное, одна из главных вех в моей 
жизни началась в 2004 году, когда меня пригласило издательство «Бурда» поработать в 
их трэвел сегменте. Оглядываясь назад, я им во многом благодарен. Несмотря на то, что 
мне приходилось заниматься не всегда свойственной мне фотографией (часто редакции 
требовался этакий «лубок», яркие, броские снимки, несущие притворную радость бытия),
 у меня в командировках всегда было время поснимать что-то для себя.

После Бурды стал 
получать трэвел-заказы от других изданий, начались поездки, то, чего я и хотел, – «жизнь
 на чемоданах». В это время я как раз и увлёкся документальной стрит-фотографией,
 впоследствии начал делать собственные документальные проекты, познакомился со многими 
интересными авторами.

Парабель. Томская область. Россия. 2008г. Проект «Васюганье».

Ты прожил достаточно долго в Москве и вполне себе осмысленно уехал из
 этого города, с чем это связано?

— Дело в том, что я никогда не стремился жить в Москве, а оказался там тогда, когда собирался
 уезжать из страны. По разным обстоятельствам уехать не получилось, ну и так сложилось,
что начал заниматься фотографией. Но в данный момент я не вижу для себя интересной
 работы в Москве. Снимать лишь бы что, просто ради денег — сейчас я на такое не согласен…
 Для преподавания в фототурах не имеет значения место жительства, а Москву я никогда не
 считал идеальным местом для жизни в плане душевного и бытового комфорта. В общем, мог 
оказаться и в Ванкувере, и в Лондоне, куда приглашали друзья, но пока выбрал Томск.

Здесь я родился и вырос, здесь у меня родители и много друзей. Здесь комфортно в 
человеческом плане, красивая архитектура, меньшие расстояния. Город студентов, город 
вечной любви и молодости, куда всегда приятно возвращаться. Одним словом, пока здесь
 хочется жить и, как бы пафосно это ни прозвучало, что-то сделать для города. Есть также и
несколько творческих замыслов и проектов, как в Томске, так и в других сибирских уголках.

Есть мнение, что лучшие фотографы уже давно живут в Москве, считаешь ли
 ты такое априори неверным?

— Почему же неверным? Всё верно. Только с оговоркой, что многие из лучших российских
 фотографов родились не в Москве. Так складывается не только в России, но и во всём мире:
 мегаполисы являются центром притяжения для людей творческих специальностей и не
 только. Это личное дело каждого, где базироваться. Я не знаю, например, почему много 
снимающие провинцию Алексей Мякишев и Алексей Голубцов живут, соответственно, 
не в Вятке и Кургане, откуда они родом. Это выбор каждого, и я не собираюсь здесь
 поучать кого-то.

Другое дело, что это нездорово, когда в такой большой стране такая дикая
 централизация. Но это тема для отдельного разговора…

Интервью в рамках образовательной программы Фонда Liberty.SU: Олег Климов
Фотографии и ответы: Сергей Медведчиков
Фотография на обложке: Денис Бочкарев

Ближайшие фототуры Сергея Медведчикова представлены на Education.Liberty.SU

Like Liberty?

Если Вам действительно нравится данная статья и/или проект Liberty.SU в целом, то могли бы Вы поддержать нас? Наш проект существует исключительно благодаря личному энтузиазму небольшой группы фотографов и журналистов. В настоящее время авторы М-Журнала не имеют возможности получать гонорар за выполненную ими работу, которую они делают для Вас в частности. Но Вы можете помочь каждому отдельно или проекту в целом, указав в комментарии платежа имя и фамилию автора и ему/ей будет выплачено Ваше пожертвование без каких-либо комиссий со стороны Фонда Liberty.SU

Спасибо за поддержку и понимание.
www.Liberty.SU

Расскажите об этом в социальных сетях: